От «Касабланки» до «Таксиста»

И кино, и психотерапия позволяют понять, что происходит с человеком  в конкретной исторической реальности. Наши внутренние переживания всегда вплетены в культурный контекст. 
У каждого времени свои ведущие ценности, свои страхи, свои слепые пятна. И они проявляются и в психике, и на экране.

Эта серия статей — попытка взглянуть на кинематограф как на зеркало коллективной психики. На то, как симптом, герой и сюжет оказываются тремя языками, говорящими об одном и том же.
Посмотрите также другие материалы, чтобы увидеть, как меняются эпохи, симптомы и образы героев.
— Советская эпоха и ее киногерой,
— Время без опоры: как мы утратили близость,
— Современный мир: Брюс Уиллис нас больше не спасет,
— Как будто Альмодовар встретил Джокера.

1. Общество военного времени (1940-е годы, Вторая мировая война)

Главная форма отношений в военном обществе — слияние.
Главная ценность — принадлежность.
Главная задача — выживание.
Инаковость неприемлема.

Это время, когда личное полностью подчинено коллективному.
Попытки отделиться осуждаемы и наказуемы.

Психика в таких условиях ищет опору во внешнем авторитете. Возникает потребность в фигуре, которая воспринимается, как компетентная в спасении группы — и которой можно подчиниться.

На психологическом уровне это проявляется в симптомах, связанных со страхом индивидуальности: истерические неврозы, обсессивные расстройства, ипохондрия, фобии.

Герой общества военного времени — самоотверженный спасатель.
Он приносит себя в жертву ради других. Его внутренний конфликт представляет собой выбор между личным и общественным.

Идеальный образ — Рик Блейн в «Касабланке». Он отказывается от любви ради общего дела. Фильм транслирует ключевую идею: ради победы придётся отдать самое дорогое.

2. Нарциссическое общество (1950 — 1970-е годы)

Когда угроза отступает, на первый план выходит индивидуальность.
Безопасность больше не требует полного слияния, и человек начинает отделяться. Это сопровождается эйфорией: теперь можно быть собой, заявить о себе, вырваться из «общего».

Психотерапия в то время была направлена на поддержку автономии.

В 60-х берут свое начало многие направления психотерапии. Они помогали людям выйти из слияния, установить границы, сказать «нет».

Запросы звучали так:

• «Я не хочу быть, как мои родители»,
• «Меня душат отношения»,
• «Как быть собой в этом мире?».

Культура того времени формирует образ героя-одиночки. Того, кто идёт против системы, ищет свой путь, рушит стереотипы. Это расцвет авторского кино, второго рождения вестернов, «новых волн», фильмов о личном бунте и поиске себя, зарождение «Бондианы».

Но там, где индивидуальность не находит контакта с другими, — возникает одиночество. На Западе в это время фиксируется пик статистики по разводам. «Я сам» превращается в «Я против всех».

3. Пограничное общество (1970 — 1990-е годы)

Время технологического прорыва и культа эффективности. Машина становится новой метафорой человека: без эмоций, без сбоев, с максимальной продуктивностью. Эмоции обесцениваются.
Производительность превыше всего.

Дети растут в условиях эмоциональной изоляции. Они слышат: «Будь лучшим» — но не чувствуют, что их любят просто так. Они стремятся соответствовать, но не знают, кто они на самом деле. Внутри у них амбивалентность, растерянность, гнев, неудовлетворенная потребность в близости.

Оно яростно бунтуют против ценностей мира, построенного родителями, но у них нет своей созидательной повестки. На это поколение приходится всплеск химических зависимостей.

Психотерапия в это время фокусируется на эмоциях и отношениях. Появляется групповая терапия. Возникает острая потребность в «контейнере» — в живом, безопасном пространстве, где чувства могут быть поняты, приняты, выдержаны.

Герой кино — яростный, потерянный, разрушающий себя и все вокруг. Его разрывают эмоции, с которыми он не умеет быть. Это эпоха американской
контркультуры.

Так появляются: «Таксист», «Бонни и Клайд», «Пролетая над гнездом кукушки», «Заводной апельсин» и другие фильмы «нового Голливуда».

Культовые фильмы пограничного поколения: «На игле» и «Бойцовский клуб». Одновременно расцветает жанр блокбастеров, как попытка восстановить утраченный порядок. Мифологическая структура этих фильмов дарит зрителю ощущение контроля. Сильные эмоции получают форму, а победа «хороших» возвращает внутреннее равновесие.

Продолжение в следующей статье.

📍 В «Имеет смысл» мы помогаем честно исследовать себя и налаживать объемный контакт с собой и своей чувствительностью — мягко, бережно, в вашем темпе, адекватно условиям окружающей среды.