Стыд, унижение и грандиозность нарцисса

«Я не доверяю тебе, даже если ты дал мне все основания, чтобы тебе доверять. Я не верю тебе и ухожу…»

Большинство статей про нарциссическую личность носит негативную коннотацию. Я предлагаю рассмотреть этот феномен глубже, ведь в его основе лежит настоящая драма.

Нарциссический опыт более нормален, чем другие расстройства. В DSM-V (последняя версия американского классификатора психических расстройств) Нарциссическое расстройство хотели исключить из перечня психопатологий, но в итоге решили оставить, изменив некоторые критерии. Так или иначе, в американской культуре нарциссическая структура опыта считается вариантом нормального развития человека. Нарциссизм – социально обусловленное явление, а не врожденное, в отличие от многих психопатологий.

Что же это такое? Классический подход

Ненси Мак-Вильямс описывает личность с нарциссическим расстройством как «организованную вокруг поддержания самоуважения путём получения подтверждения со стороны», уточняя, что речь идёт о людях, для которых эта задача затмевает все остальные, а не о просто чувствительных к критике или похвалам. «Озабоченные тем, как они воспринимаются другими, нарциссические люди испытывают глубинное чувство, что они обмануты и нелюбимы».

В DSM-V симптомы расстройства включают:

А. Значительные нарушения функционирования личности, которые проявляются:

1. Нарушения в собственном функционировании (а или б):

а. Идентичность. Чрезмерная опора на других при самоопределении и регуляции самооценки; Неадекватная самооценка, которая может быть завышенной или заниженной, а также колебаться между крайностями; эмоциональное состояние отражает колебания самооценки.

б. Опора на себя. Целеполагание основывается на получении признания от других; Личные стандарты неоправданно завышены для ощущения себя как исключительного, либо занижены, на основании чувства, что человеку все что-то должны; Зачастую не осознают собственных мотивов.

И

2. Нарушения межперсонального функционирования (а или б):

а. Эмпатия: Нарушенная способность признавать или идентифицироваться с чувствами и потребностями других; чрезмерно настроены на реакции других, но только если они воспринимаются как имеющие отношение к себе; пере- или недооценка собственного влияния на других.

б. Близость: Отношения по большей части поверхностны и нужны для обслуживания регуляции самооценки; Взаимность ограничивается небольшим истинным интересом к другому и преобладанием необходимости личной выгоды.

Б. Патологические черты личности в следующих областях:

1. Антагонизм, характеризующийся

а. Грандиозностью: Чувство, что тебе все что-то должны, явное или скрытое; эгоцентризм; уверенность в собственном превосходстве; снисходительное отношение к другим.

б. Привлечением внимания: чрезмерные попытки привлечь внимание и быть в его центре; поиск восхищения.

Однако давайте присмотримся пристальнее к этому феномену.

Культурно-исторический контекст

Согласно исследованиям социо-культурных феноменов (Margherita Spagnolo Lobb «Now-for-next»), 50-70-е гг. XX века считаются эпохой нарциссического общества. В послевоенные годы в обществе быстро возникают устремления к персональной самореализации. Интересы человека направлены на собственную личность, с противостоянием и охлаждением ко всему, что касается принадлежности. И тогда человек со злостью, а затем с эйфорией, быстро восстанавливает ту свободу, которую он принес в жертву из-за потребности в безопасности.

«Делай сам» становится моделью познания и самореализации. Успех, совершенство и независимость – вот составляющие идеальной картинки, к которой стремится общество того времени.

В психологическом плане, на фоне экономического и технического бума, ценой за успех является потеря интимности и эмоциональной чувствительности. Родители всё время заняты тем, чтобы «пробиться», подняться вверх по социальной лестнице, они – боги для своих детей, но на отношения совсем нет времени. Да и эмоции в этой системе ценностей не важны – эффективность превыше всего.

Такие родители не поддерживают право ребенка на ошибку. И тогда у детей, воспитанных в нарциссическую эпоху и нарциссическими родителями, возникает расщепление: с одной стороны, ребенок, вырастая, тоже должен быть богом, чтобы стать ближе к родителю; с другой стороны, себя он воспринимает как некий фейк, пустышку. У него синдром мыльного пузыря: снаружи нарциссический идеал, внутри — переживание собственной никчемности и самозванства.

И в нашем современном обществе нарциссическая структура опыта у ребенка развивается в похожих семьях.

Давайте рассмотрим подробнее, как складываются отношения в такой семье.

Семейный контекст (психоаналитическая модель)

Согласно психодинамическому подходу Кохута и Миллера к феномену нарциссизма, мать видит своего ребенка не таким, какой он есть, а таким, каким ей надо, чтобы он был.

Нарциссический ребёнок достаточно умён, чтобы понять: чтобы увидеть любовь в глазах матери, он должен делать то, что ей нужно, что ей нравится. Он – блестящий, одаренный ребёнок. И он очень хочет, чтобы его мать была довольна и счастлива.

Мать видит в ребенке возможность удовлетворения своих амбиций. Каждый раз, когда ребёнок проявляет себя спонтанно, маме это не нравится. Когда же он хорош для неё, она его хвалит. Отсюда формируется расщепление в идентичности: «Идеальное Я» сталкивается с одобрением, «Реальное Я» — с пустотой и отвержением.

Вырастая, такой ребёнок не может быть спонтанным, у него формируется «false self» (ложная самость).

Феноменологически, в поле нарциссического человека чаще всего присутствует нарциссическая триада: стыд, унижение, грандиозность.

False self = Shame + Humiliation + Grandiosity

Стыд – за любое спонтанное, истинное проявление; унижение – когда кто-то видит и идентифицирует («уличает») его в этом; грандиозность – как компенсаторная реакция для избегания первых двух переживаний. В популярной психологии этот феномен называют «нарциссические качели».

Человек с нарциссической структурой опыта развивает способность хорошо чувствовать нужды других. Он знает, что нужно другому, и как ему это дать. И он не знает реального себя.

Блестящий, привлекательный, грандиозный, соблазнительный снаружи, и грустный, никому не нужный таким, как он есть, внутри. Реальный, «спонтанный Я» – это жертва, принесённая на алтарь потребности быть принятым.

Человек с нарциссической структурой опыта влюбляется, когда ему кажется, что полюбили его сокровенное.  Но рано или поздно в отношениях он неизбежно сталкивается с тем, что партнер просит его о чем-то, что он сам делать не хочет. И тогда партнёр становится как будто хотящей чего-то матерью, что воспринимается как тотальное отвержение, и сопровождается невозможностью находиться в этих отношениях.

Этот механизм защиты – идеализация/обесценивание – исходит из самой сердцевины его опыта. Он так нуждается быть принятым и разделенным в своей настоящести, спонтанности, что это нужда тяготеет к потребности в безусловном принятии, которое, увы, невозможно в принципе. Но он внутри так истосковался по этому, что готов поверить, что новый партнер будет тем самым, кто вернет его в рай.

И он идеализирует партнера, возносит его на небеса. Начало романтических отношений с нарциссом – это что-то сказочное и прекрасное, воспетое в кинематографе и литературе как идеал отношений, к которому всем нужно стремиться: принц на белом коне, Ричард Гир из «Красотки», блистательный миллионер, снизошедший до простой девушки и проч.

Только в жизни вместо «и жили они долго и счастливо» следом за романтической сказкой начинается драма. Потому, что любая дифференциация, критика или малейшая фрустрация воспринимается им как тотальное отвержение, вызывает много боли, которую он не может показать партнеру. И единственный способ спастись для него – это обесценить партнера, низвергнуть его с пьедестала на землю, да пожёстче, чтобы тот почувствовал ту боль, о которой сказать невозможно. И уйти, резко и безвозвратно. Если же он остается в отношениях, то они чаще всего развиваются по сценарию, о котором я расскажу ниже. 

Есть такая поговорка: «У нарциссов тёплые руки и холодное сердце». Он убежден, что должен заботиться о партнере, решать все проблемы, уметь делать все, но истинная близость как будто невозможна.

Гештальт-подход

Когда человек с нарциссической структурой личности подходит к full contact (полному контакту), где нужно отпустить себя, свою гордость, сделать свои границы проницаемыми, отдаться близости – этого не случается.

Он ясно говорит, чего он хочет, его границы ясны и осязаемы. Но когда дело доходит до необходимости отпустить себя, чтобы получить новый опыт – этого не происходит.

Ему не сложно влюбиться – ему сложно оставаться в отношениях. Если он остается в них, то потому, что не хочет ранить другого – он просто дает то, что другому нужно. Он хорошо этому научился в детстве. Но внутренне он живет с ощущением «Все они одинаковые. Никому неинтересен я таким,  какой я есть внутри».

Нарциссический опыт может быть депрессивным: у такого человека часто есть чувство, что он все знает наперед, и ничего никогда не изменится.

Ему тяжело поверить, что кто-то (психотерапевт в том числе) может ему помочь. Они идут в терапию, когда самая известная и привычная схема их жизни может рухнуть. Маргарита Спаньоло Лобб приводила в пример случай клиента: у него есть жена и 2 любовницы, и жена выгоняет его из дома, и он может потерять семью. Или бизнесмен, который владел компанией, и вдруг наступает кризис и он вынужден ее закрыть.

Это – самый сложный момент для нарцисса. Если есть риск, что может быть разрушен их имидж, их выстраиваемое годами «Я», то от непереносимости стыда возможны нарциссические суициды.

Важность имиджа – базовая особенность нарциссического опыта. Но такой человек не знает, кто он есть в глубине, на самом деле.

Когда вы хотите помочь нарциссу, то сталкиваетесь с чувством, что сколько бы поддержки вы ни давали, этого все равно будет недостаточно.

Терапия клиентов с нарциссической структурой опыта.

Цель интервенций – достичь финального контакта, т.к. для нарцисса невозможно отпустить себя и довериться другому.

Нарциссические клиенты в начале терапии ведут себя очаровательно, чтобы угодить терапевту, сделать ему приятно: они пунктуальны, очень вежливы, делают комплименты экспертности терапевта. При этом внутри не верят, что терапевт сможет им помочь.

Через какое-то время такой клиент начинает пропускать сессии по «очень важным причинам». После этого терапия может быть успешной, если терапевт будет эмпатичен.

1. Будьте эмпатичны

Обратимся к примеру Маргариты, в котором клиент приходит и рассказывает, что его любовница грозится бросить его, если он не уйдет от жены. Если терапевт будет считать, что этот клиент должен быть более эмпатичен к жене и любовнице, встать на их место и проч., то терапевт автоматически встанет в оппозицию к клиенту. Он будет как мать клиента, которая всегда ждала от того идеального поведения. Такой терапевт так и не поймет реальную причину прихода клиента в терапию. И высок риск того, что клиент прекратит терапию, и потом даже к другим терапевтам не пойдет. Ведь он идет в терапию с желанием быть признанным, увиденным и распознанным в своем сокровенном. Ему нужен человек, который наконец-то увидит его реального.

В этом примере эмпатическим способом реагирования терапевта может быть интервенция: «Ты так много приложил усилий, чтобы порадовать свою жену и любовницу, и ты не получаешь признание за все это. Я могу представить, что ты чувствуешь себя преданным. Ведь ты стольким пожертвовал, чтобы угодить им обеим».

2. Постоянно отслеживайте его ретрофлексию

Первая сессия с нарциссическим клиентом должна быть максимально поддерживающей. И дальше терапевту необходимо отслеживать ретрофлексию клиента. Когда тот динамит встречу, важно помнить, что для него интимность важнее всего, и реагировать на отмену встреч в ключе: «Ок, я менее важен для тебя, чем твоя встреча. Давай поговорим об этом на следующей сессии».

Нарциссический клиента всегда держит фасад, и не говорит глубинную правду. Терапевту важно не доверять фасаду. Но выбирать тот способ, которым он покажет это клиенту, нужно очень осторожно!

Если вы поверите в его фасад, то вы потеряете его. Нарциссический клиент предъявляет себя как успешного, важного человека. И он проверяет: вы маленький и нуждающийся или вы сильный родитель. Он хочет, чтобы вы были немного взрослее, больше, покровительственнее.

Отслеживайте, как клиент избегает вовлечения, интимности, риска того, чтобы его любили и заботились о нем. Как вариант, он часто будет вам показывать, что его работа и важные дела важнее, чем ваши встречи.

Выходите за пределы фасады, иначе вы просто будете воспроизводить его старый опыт. И будьте осторожны: вы, сами того не осознавая, можете легко унизить, пристыдить такого клиента. И если он хочет прекратить терапию, исследуйте, что же произошло, как вы его ранили.

3. Походите к тревоге переживать «мы»

Нарциссическому клиенту очень тревожно переживать «мы». Когда он почувствует, что терапевт всегда на его стороне, он сможет быть спонтанным и предъявлять свой стыд и униженность.

Вы не на стороне «Ложного Я», вы всегда на стороне «Реального Я». «Я вижу, что ты действительно любишь жену/любовницу» — и клиент может почувствовать и предъявить стыд, унижение, страх потерять лицо. Он может быть готов рассказать вам о своей боли, и тогда близость может случиться. Когда такой клиент рискует открыться, вам нужно быть очень деликатным, очень нежным. Это момент магии, когда он больше не является сильным и независимым. Он маленький нуждающийся ребенок, которому стыдно. Не подталкивайте его ни в какую сторону, иначе он сбежит. И не отталкивайте его. Если клиент говорит «Мне очень стыдно в этой ситуации», нельзя отвечать «И что ты хочешь с этим сделать?». Этим вы оттолкнете его. Важно просто оставаться рядом.

Нарциссический опыт трагичен. У нарцисса теплые руки и холодное сердце. Он пытается достичь Другого и быть достигнутым, при этом он чувствует себя использованным другими и использует их сам.

Для него самое важное – опыт интимности, близости, и это тот опыт, который он может получить в терапии.

Список литературы:

1. Семинар Маргариты Спаньоло Лобб
2. Margherita Spagnolo Lobb «Now-for-next»
3. DSM-V
4. А. Миллер «Драма одаренного ребенка»
5. Кохут Х. «Анализ самости: Систематический подход к лечению нарциссических нарушений личности»