Когда влюбленность проходит

Отношения, как и люди, растут. 

И на смену первой фазе сладкого слияния приходит следующая — дифференциация, столкновение с различиями между партнерами. 

Это здоровый процесс, в котором каждому важно заново обрести себя, вспомнить о своей индивидуальности, личных потребностях, чтобы не приносить их в жертву единению. На этом этапе «Мы» снова распадается на «Я» и «Ты», и здесь паре предстоит пройти процесс нового знакомства друг с другом, открыть новые черты, договориться о такой форме отношений, в которой индивидуальные интересы каждого будут по возможности учтены.

Дифференциация проходит через кризис — конфликты, которые являются нормальным этапом поиска нового баланса. Если паре удается пройти через это, она обретает подлинную близость, когда два уникальных, разносторонне развитых человека, каждый со своими интересами и увлечениями, выбирают идти по жизни вместе.

Первоначальное «Мы» должно распасться на «Я» и «Ты», чтобы в итоге прийти к «Я»+«Ты» — союзу, обогащающему обоих, обладающему большой прочностью и потенциалом для роста и развития.

Но этот кризис неизбежно проходит через встречу с реальностью – что невозможно без разочарования в партнере, которое приходит на смену романтической очарованности. 

Далеко не все готовы пройти через это. Некоторые пары, столкнувшись с первыми различиями, пугаются: «любовь прошла». Отношения для них заканчиваются — и начинается новый цикл, но уже в другом месте. Так рождается «серийная моногамия»: поиск нового слияния вместо взросления внутри уже существующего союза.

А кто-то, наоборот, остаётся, но избегает дифференциации любой ценой. Различия игнорируются, разочарование подавляется, напряжение скрывается. Внешне такая пара выглядит идеально. Но за прекрасным фасадом — подавленная агрессия и нарастающее чувство удушья.

В «лучшем» случае сепарационная агрессия, настоящей целью которой является выстраивание границ внутри пары, будет находить выход в виде систематических скандалов, делающих жизнь в паре мучительной, но вполне выносимой за счет бурных примирений после очередного аффекта.

В тяжелых случаях подавленная агрессия выливается в более дисфункциональные симптомы — если невозможно уйти от человека, то можно уйти во что-то еще: в болезнь, употребление алкоголя или наркотиков, в компьютерные или азартные игры, адюльтер.

В еще более патологических случаях в слитой паре накопленная агрессия выливается в насилие. В семьях, где всё общее, и у партнёров нет отдельных «я» и «ты», вокруг их слитого образа воздвигаются почти непроницаемые стены: всё внутри — наше, но туда никто не должен заглянуть. Как в истории Селесты и Перри из «Большой маленькой лжи» — внешне они безупречная пара, внутри отношений которой разворачивается кошмар.

Традиционно в обществах, которым свойственна культура слияния и тесных созависимых связей с семьей, высок уровень домашнего насилия. В нашей постсоветской культуре такое понятие как «границы» чуждо многим до сих пор, особенно в маленьких городках. Более того, инакомыслие воспринимается как предательство — это типичный симптом слитых систем.

И для многих из нас гештальт-молитва, провозглашенная Перлзом в 60-е как квинтэссенция ценностей эпохи освобождения человека от оков системы, актуальна до сих пор. Звучит она так:

Я — это я, а Ты — это ты. Я делаю свое дело, а ты — свое. Я в этом мире не для того, чтобы соответствовать твоим ожиданиям. Ты в этом мире не для того, чтоб соответствовать моим.

Если нам суждено встретиться — это прекрасно. Если нет — этому нельзя помочь.

В следующей статье мы рассмотрим через кино, что бывает, когда пары не проходят этап дифференциации: страх различий и границ превращает близость в разрушение и насилие — настоящий «ад на двоих».

📍 Со сложностями в выстраивании отношений можно работать: осознавать, распутывать, находить свое «я», которое может быть рядом с другим, не теряя себя. В «Имеет смысл» мы бережно помогаем парам и отдельным людям пройти этот путь.